Фото: Игорь Родин
Мастер по созданию материального и событийного контекста для фотоискусства, одна из самых обаятельных и элегантных женщин России и Франции Ольга Свиблова пробует три новосветских вина в бордоском стиле и рассказывает о виноградниках в Камарге, о родстве фотографии и вина, о социальной и эстетической функции бокала.

Бокал вина – это и ритуал, и удовольствие, и довольно редкая для меня ситуация, когда завтрашний день не занят ничем, кроме отдыха.

Из белых я люблю сансер. И есть ситуации, в которых уместно только белое вино, например к устрицам. Шампанское – только раз в году, на Новый год, потому что ритуал того требует. Мои вина – красные.

Не люблю всё сладкое: вина, еду, разнеженные удовольствия. Мне нравится, когда жизненная ситуация и вино меня концентрируют, собирают. Поэтому люблю концентрированные, насыщенные, терпкие вина.

Прежде всего я люблю бордо. Мой муж – француз, он коллекционирует вино лет 40. У нас огромный погреб, который последние годы стал уходить на аукционы, потому что мы всем семейством не поглощаем столько вина, сколько там находится. Это хорошие старые бордоские вина, в основном Медок. Если вину уже 30-40 лет, его нужно либо выпить, либо продать, и часть запасов уходит. Зато всегда есть возможность отметить день рождения сына вином его года.

Вино – это прежде всего игра с запахом. Я люблю, когда это густой, тяжёлый запах. И такое же ощущение тяжести в руке, когда ты играешь вином в бокале. Мне нравится чувствовать, что у вина есть вес. Тогда у тебя с ним серьёзные отношения. Я не люблю вино, которым запивают еду, или то, которое пьют на бегу. В такой момент я предпочту воду.

Вино – это собеседник. Оно прекрасно само по себе, но иногда без него не обойтись за обедом. Côte de boeuf au bleu (отбивная на рёбрышке минимальной прожарки) например, – без хорошего красного вина обидно это есть. Но всё равно, вино для меня всегда отдельно от пищи. Есть разговор с кот-де-бёф, а есть разговор с вином, и они не пересекаются. Вино предстаёт как самоценная персона, с которой у тебя завязываются отношения.

Большинству людей вино помогает расслабиться. У меня всё наоборот. Выпив бокал хорошего бордо, я не сплю день или два. Поэтому я должна рассчитать, когда я могу себе позволить это удовольствие. Вино меня тонизирует, оно даёт мне ощущение собранности.

Искусство – это ситуация восприятия. Меня многие спрашивают, как я отношусь к проекту Google с отцифровкой лучших произведений мирового искусства. Очень хорошо отношусь. Каждый уважающий себя музей сегодня имеет сайт с виртуальными экскурсиями, и я абсолютно уверена, что в будущем люди будут ходить за искусством в Интернет чаще, чем они ходят в музей. Вопрос, за чéм они будут ходить. Они будут ходить за информацией или за тем особенным, что есть в искусстве? Вино, как и искусство, – это ситуация восприятия.

Искусство, как и вино, полифункционально. Оно может быть информацией. Оно может быть высказыванием – особенно если мы говорим о концептуальном искусстве – это почти теоретическое и литературное высказывание. Оно может быть использовано в качестве критического аргумента в тех или иных социальных дебатах. Оно может быть рыночным продуктом, инвестиционным инструментом. Оно может подкреплять ощущение значимости: хорошая коллекция добавляет обаяния и шарма коллекционеру. Но самая трудноуловимая функция искусства – это удовольствие. А чтобы получить от искусства удовольствие, нужно время. И нужны специальные условия восприятия. Поэтому есть музеи, галереи и сложная работа с тем, как искусство инсталлировать в музее или в частном доме. Оно не должно довлеть, отвлекать внимание на себя, но оно должно быть видно, когда тебе захочется. Это такой идеальный собеседник, который может оставаться в тени, пока в нём не возникнет необходимость.

То же самое с вином. Вы можете умно и тонко рассуждать о нём, можете иметь свою коллекцию, можете вкладывать в него, можете использовать его как символ и как высказывание. Но если вы хотите получить от него удовольствие, понадобится время и особая ситуация восприятия.

Глоток вина может установить дистанцию и увеличить её и наоборот: он может приблизить тебя к собеседнику. На официальных больших обедах места распределены и выстроена иерархия, и бокал вина здесь выступает как щит. Любой официальный обед в последнюю очередь предназначен для того, чтобы есть или пить. Это очень напряженная социальная игра. И бокал в руке – это инструмент игры, с его помощью можно взять паузу или сделать ход. Вино – идеальный маркёр социальной игры. Если мы, конечно, умеем обращаться с бокалом как с инструментом.

Интимный обед – гораздо более сложная система, игра здесь тоньше, и бокал вина может сблизить, а может, где нужно, обозначить черту, за которую не должен переступать собеседник. Только в ситуации семейных обедов вино теряется, оно не интересно. Люди говорят, спешат обсудить последние новости, друг друга, друзей и знакомых. Вино пробалтывается.

1


Ridge Monte Bello 2007
Санта-Круз,
Калифорния
Simple — 5
Каберне совиньон 79%, мерло 10%, пти вердо 9%, каберне фран 2%. Самый долгоживущий, по мнению Паркера, бордоский бленд Калифорнии. Стилистика лучших левобережных бордо. WS 92, RP 93.

2


Luigi Bosca Icono 2006
Лухан-де-Куйо,
Аргентина
Simple — 4
Мальбек 55%, каберне совиньон 45%. Виноградник Las Compuertas – самая высокая точка (1150 м) в Лухан-де-Куйо, лучшем терруаре Аргентины. Возраст лоз 90 лет, урожайность 20 гл/га.
RP 93+.

3


Seña 2007
Аконкагуа, Чили
Simple — 3
Каберне совиньон 55%, мерло 16%, пти вердо 13%, карменер 10%, каберне фран 6%. Культовое чилийское, плод кооперации двух великих виноделов – Эдуарда Чедвига и Роберта Мондави. WS 90, RP 95.

Нос – мой главный анализатор. Если есть запах, которым можно играть, с которым можно жить, разговаривать, то я могу сидеть с бокалом целый вечер и даже не пить, а только нюхать. Я очень чувствительна к запахам, поэтому пряности я не люблю ни в каких видах, особенно южные пряности. Корица, гвоздика – для меня закрытая история. Я ненавижу запах ванили. Индия для меня закрыта по критерию запаха.

Любимая кухня – французская, в её современном виде. Минимальная термическая обработка, никаких тяжёлых соусов, если мясо, то блё-блё-блё или я его есть не буду.

Я раньше очень хорошо готовила, и это доставляло мне удовольствие, но муж не подпускает меня к кухне, максимум позволяет промыть салат. Поначалу я даже плакала, а потом смирилась. Оливье прекрасно готовит, он гений. Когда мне что-то нравится, я не вмешиваюсь, я удобная. Я ему полностью доверяю в вине и кухне. Погреб должен быть у каждого настоящего мужчины. Я спокойна, я знаю, что на каждый повод он достанет идеально подходящие бутылки.

Вино – очень фотогенично. От лозы до бокала. У нас есть плавучий дом на Камарге. А наш сосед – настоящий маркиз Карабас, у него есть всё, есть и виноградники. Они удивительны в любое время года, и где-то неподалёку Ван Гог писал свои виноградники с краснеющей листвой. А как красивы старые виноградники, кряжистые, порубленные. Как фотогенична Тоскана. Я считаю, что самые красивые пейзажи, какие только есть на Земле, – это виноградники.

Человек, который взял бокал вина, уже преобразился. У него появляется осанка. Вино – один из самых фотогеничных аксессуаров, и фотографироваться с бокалом вина очень легко. Любопытно, что на салонных фотографиях конца XIX – начала XX века часто позировали именно с бокалом вина, потому что благородность напитка передается фигуре.

©2009-2015 WineCask.ru профильный портал о вине и алкогольной промышленности.

Введите данные:

Forgot your details?