Фото: Gughi Fassino

Кьяра, Тереза, Мария Грация – три женщины сегодня управляют универсумом под названием Лунгаротти, совершенствуют великое Rubesco и изобретают новые вина, расширяя границы Умбрии на винной карте мира.

Предпринимателю Джорджо Лунгаротти было 52, когда он решил переключиться на виноделие и во что бы то ни стало прославить маленькую Умбрию великими винами. Как только ему это удалось, он решил, наконец, жениться – на молодой вдове Марии Грации Маркетти, которая подарила ему дочерей и свою собственную страсть – к искусству. Подобно двуликому Янусу они смотрели в противоположные стороны, расширяя кругозор до 360º. Сегодня три женщины управляют одним из самых рейтинговых хозяйств Италии, его виноградниками, музеями и гостиницами. Они бережно хранят традиции, продолжая любопытствовать и экспериментировать.

Равновесие по-умбрийски

Если представить, что у Италии есть центр тяжести, за который можно было бы подвесить её так, чтобы ни один край не перевешивал, то этот центр окажется где-то на севере Умбрии, как раз в Торджано. Torre di Giano – башня Януса, бога, как известно, двуликого, владеющего началами и концами и прочими противоположностями. Здесь-то и развернулся Джорджо Лунгаротти, создавая с нуля великое вино, хотя ещё этруски (кто бы сомневался) выращивали в этих краях лозу и употребляли её драгоценные дары в ритуалах и пиршествах. Прочная база в виде нефтяного бизнеса хорошо уравновешивала бурную фазу винодельческих экспериментов. Лунгаротти выдумывал традицию, примеривая на родные холмы весь новейший «гардероб» Бордо и Бургундии: вместо вертикально сбегающих рядов формировал поперечные террасы, чередовал гюйо и кордон, подсчитывал количество кустов на гектар и гроздей на куст, ферментировал в холоде, выдерживал во французском дубе. Импорт технологий Лунгаротти уравновешивал автохтонностью сортов: санджовезе, канайоло, грекетто, треббиано. Его главная задача состояла в том, чтобы объяснить Умбрию понятным международным языком. И он смог это сделать, найдя равновесие между капризным санджовезе и прямохарактерным канайоло, умеренной выдержкой в бочке и длительной (поначалу целых 10 лет) – в бутылке. Вскоре Умбрия стала известна не только умбрийской школой живописи, шоколадом Perugina, святым Франциском Ассизским и отсутствием выхода к морю, но и вином Rubesco. Уже винтажи 1971 и 1975 годов стали приравнивать к лучшим бургундским. По выражению Хью Джонсона, Лунгаротти «нанёс Умбрию на винную карту мира».

Цифры Лунгаротти

~240 га в Торджано и 20 га в Монтефалько

~3 млн бутылок в год

120 работников

Марки: 1 брют, 1 розовое, 2 десертных,
8 белых и 10 красных

45% вина идёт на экспорт в 40 стран мира

20 000 посетителей ежегодно в Музее вина

Арт-феминизация

Джорджо Лунгаротти заражал одержимостью к виноделию – всех, кроме собственной жены. Со дня свадьбы и по сей день Мария Грация ни разу не ступила ни на виноградники, ни в подвалы. Искусствовед по образованию, она занялась любимым делом – открыла музей, причём сразу заявила мужу, что хоть это и будет музей вина, никакого даже упоминания о Cantine Giorgio Lungarotti она не допустит. Джорджо немедленно согласился, смекнув, что скромность – лучшая реклама, а разделение творческих потоков – залог семейного счастья. На сегодняшний день Музей вина Лунгаротти признан одним из лучших в мире по тематической проработке, ценности экспонатов и организации выставочного пространства. Первый объект – афинский чернофигурный килик мастера Фриноса (VI в. до н. э.) – Мария Грация приобрела практически в тайне, за свой счёт. Джорджо, любя порядок, выделил супруге Фонд Лунгаротти и палаццо Graziani Baglioni в Торджано. Циклопических размеров прессы, бондарня, воссозданная в мелочах, амфоры в таком количестве, что могли бы укомплектовать небольшое торговое судно, скульптура и стекло, этрусский барельеф с уникальным изображением женщин-сатиров, медицинские сосуды, любовные сосуды, потешные сосуды, богатейшая коллекция гравюр и рисунков с точечными шедеврами руки Николя Пуссена, Ренато Гуттузо, Пабло Пикассо – лишь малая часть коллекции. Тематические выставки дополняются инсталляциями современных художников, залы – искусствоведческими книгами и каталогами, артефакты – видеорядом на кривизне сводчатого потолка.

Rubesco Vigna Monticchio Riserva 2004
Simple — 2
Бленд санджовезе и канайоло, 12 месяцев в дубе и дополнительные 4 года в бутылке: вот формула премиального умбрийского вина. Аромат комплексный, с нюансами спелой вишни, табачного листа, лакрицы, минеральные нотки: благородный, классический стиль.

Янус в действии

Джорджо объездил мир, чтобы познакомить его с Rubesco и San Giorgio, Мария Грация – чтобы ознакомиться с последними достижениями музееведения и программой аукционов. Его продукт – вино, которое само рассказывает истории. Её продукт – хорошо рассказанные истории о вине, связывающие воедино артефакты и человеческие судьбы, мифы и повседневность, ушедшие эпохи и завтрашний день. Джорджо открывал для друзей пятизвёздочный отель Le Tre Vaselle, рыл под неуступчивыми соседями подземный ход от палаццо к парку, Мария Грация руководила реставрационными работами, начиняла комнаты, гостиные и конференц-залы грамотным антиквариатом, керамикой и актуальной живописью. Джорджо практично высаживал между лоз оливковые деревья и подыскивал маслобойню, Мария Грация обращала внимание на легенды вокруг «дара Афины», на лампады и трапетумы и подыскивала палаццо для Музея оливкового масла. В конце концов, Джорджо изобретал новое вино, а Мария Грация давала ему имя. Даже самое знаменитое – Rubesco, что с латинского примерно означает «краснею», – её рук дело.

Хроники хозяйства
1962 — Джорджо Лунгаротти основывает винодельню в Торджано

1964 — первый эксперимент с отдельным виноградником Vigna Monticchio

1968 Torgiano Rosso Riserva – один из первых DOC Италии

1974 Мария Грация Лунгаротти открывает Музей вина

1977 первый винтаж суперумбрийского San Giorgio

1978 открытие отеля Le Tre Vaselle в Торджано

1990 — Джорджо добивается статуса DOCG для Torgiano Rosso Riserva

1999 приобретение 20 га виноградников в Монтефалько

2000 — Мария Грация открывает Музей оливы и оливкового масла. Дени Дюбордьё становится главным консультантом хозяйства

2009 — Rubesco Riserva Vigna Monticchio 2004 получает высшие оценки в пяти винных гидах Италии

2010 — инаугурация гравитационной винодельни в Монтефалько, открытие спа-салона BellaUve в Le Tre Vasselle

Сёстры

Основатель хозяйства хоть и был новатором, но к участию женщин собственно в виноделии относился скептически. Терезе, дочери Марии Грации от первого брака, пришлось проявить известное умбрийское упрямство, чтобы доказать Джорджо, что женщины-энологи бывают. Она отучилась на аграрном факультете в университете Перуджи, а вслед за этим отправилась в университет Бордо и вернулась оттуда в 1978 г. с дипломом энолога – это был первый прецедент во всей Италии. Нога женщины наконец ступила на виноградники Джорджо. Впрочем, первое время Тереза чаще бывала вне, чем внутри Умбрии, отчего за ней и по сегодняшний день закрепилась область маркетинга и коммуникаций. Перед родной дочерью, у которой самое счастливое воспоминание детства – сидеть на коленях у отца, ведущего трактор по винограднику, Джорджо устоять не смог. Кьяра, получив все те же дипломы, что и старшая сестра, с середины 90-х гг. с энтузиазмом включилась в управление хозяйством. Её больше интересовала земля, лоза и новейшие техники агрономии. Тереза потихоньку отвоевала себе подвалы. Сёстры начали делать вино сами, увлекаясь нагруженными смыслом блендами. Aurente – международный шардоне с умбрийским акцентом в виде 10% грекетто; полукровки Torveto (половина шардоне из Торджано, половина верментино из Орвието) и Toralco (половина санджовезе из Торджано, 20% сагрантино и 30% мерло из Монтефалько). Все умбрийские вина дополнились ещё одним суперумбрийским Giubillante на основе сира, базовыми сортовыми, креплёным белым, брютом, розовым и, наконец, двумя версиями Sagrantino di Montefalco.

Giubilante 2005
Simple — 2
У вина самая настоящая «говорящая» этикетка: фрагмент картины Пьеро Дорацио так и кричит о его шелковистой пышности. Насыщенный, рубиновый, бальзамически-пряный, этот смелый ассамбляж санджовезе, мерло и сира стал ещё одним достоянием Умбрии.

Кьяра Лунгаротти рассказывает о новейшей истории хозяйства

Заветы отца «Отец очень любил бургундское, но и многие бордо. Он всегда повторял, что признак великого вина – элегантность. Мы вместе ездили по Бордо и Бургундии, пробовали вина, и он обращал моё внимание на те, которые считал великими. Как-то раз на Vinitaly он подвёл меня к стенду чилийских вин, чтобы показать, что значит международный стиль, мощный, яркий, но недотягивающий по хорошим манерам. Даже такой сложный сорт как сагрантино, танинный, нагруженный полифенолами, можно сделать элегантным, на что и направлены мои усилия в данный момент.

Монтефалько «Отец был неутомимым экспериментатором до последних дней. В конце 90-х ему вдруг стало тесно, и он с азартом стал поглядывать на Сицилию и Пулию. Мне стоило больших усилий убедить его, что мы должны оставаться в Умбрии. В то время Марко Капрай открывал миру другую часть Умбрии — Монтефалько, так же, как мой отец когда-то сделал с Торджано. Это зона сагрантино — сложного сорта, слишком мощного и яркого. В Монтефалько забрезжило будущее, и сюда сразу потянулись виноделы из Тосканы, Фриули, Трентино. Мы тоже решили найти там свой участок. Года два мы за ним охотились, конкуренция была уже довольно плотной. К сожалению, до первого урожая отец не дожил. А в 2010 году в Монтефалько мы в полную мощность запустили гравитационную винодельню.


Килик, Афины, мастер Фринос, VI век до н. э.

Новые белые «Принцип Лунгаротти – проявлять любопытство, искать, познавать. Недавно мы начали выращивать верментино в Торджано, хотя ещё 7-8 лет назад это казалось глупостью. Но точно также отец экспериментировал в 70-х с рислингом, пино бианко, пино гриджо, шардоне. Без этого не было бы наших белых вин. В ближайшие годы мне очень хочется попробовать поработать с белыми сортами из южных регионов: фиано и греко бианко. Мне кажется, что они могут дать удивительные, ни на что не похожие вина именно в Торджано.

Старые красные «В отношении красных сортов у меня пока есть, чем заняться. Прежде всего, санджовезе и автохтонные канайоло и сагрантино. Сейчас появляется некоторый скептицизм в отношении санджовезе – я его не разделяю. Санджовезе близок к пино нуар или неббиоло по трудоёмкости – но игра стоит свеч. К мерло и каберне совиньону мы уже относимся как к своим традиционным сортам. Отец начал высаживать их ещё в 60-х.

Brezza 2008
Simple — 1
Грекетто, шардоне и пино гриджо отдают свои лучшие свойства этому мастерскому бленду, очень свежему, с тонами белых фруктов и весенних цветов. Освежающее вино к лёгким закускам, рыбным блюдам, весенним салатам.

К идеалу «Rubesco Riserva 2005 вышло из подвалов в сентябре 2010. С этого года оно постепенно становится тем вином, к которому я стремлюсь уже лет десять. Винтажи 2006, 2007, 2008 будут ещё ближе к идеалу. А идеал для меня – это совершенное равновесие. Стиль остаётся тот же – классическое невероятно элегантное вино с мощной структурой, рассчитанной на долгую выдержку. Многие виноделы выпускают на рынок слишком молодые вина, через 3-4 года они становятся заметно интереснее. Именно поэтому мы выдерживаем Rubesco так долго в бутылке – 4 года. Потому что для нас самое важное – предложить сразу правильный продукт. Для Rubesco Rosso мы используем бордоскую бутылку, а для Vigna Monticchio – бургундскую и бургундский же бокал.

Кьяра Лунгаротти — CV

1971 родилась в Торджано

1994 окончила аграрный факультет университета Перуджи

1995 прошла курс энологии в университете Бордо

1999 возглавила компанию после смерти отца

2003 вышла замуж за Маттео Лупи Грасси, владельца с/х угодий и ферм-агртуризмо в Тоскане близ Сиены

2007 – родился сын Джованни
Кьяра Лунгаротти является президентом движения Turismo del Vino, вице-президентом ассоциации Donne del Vino, а также консультантом фонда Perugia Musica Classica.

Святой Георгий «San Giorgio 2004 — это 50% каберне совиньона, 40% санджовезе и 10% канайоло. С этого года мы вводим новый виноградник, пока ещё молодой, но многообещающий. Мы всегда шутили, что San Giorgio – это намёк на папину святость, который сумел выжить в окружении трёх женщин. На самом деле, название вина происходит от названия того участка, где мы высадили каберне совиньон. Главная особенность нашего умбрийского каберне состоит в том, что в бленде он не подавляет санджовезе, а подчёркивает его характеристики. Самое сложное – поймать каберне в правильной точке созревания. Больше всего мне не нравится незрелый каберне, отдающий болгарским перцем. А чуть перезрелый каберне сразу даёт джемовые тона. И опять встаёт вопрос равновесия.

Крю на био «Монтиккио – виноградник Rubesco Riserva, самое выдающееся вино Умбрии и одно из тех вин, что создали современную историю вин Италии. Один из трех участков Монтиккио — Vigna del Prete в 2010 году переведён на принципы органического земледелия. Я всегда была скептически настроена по поводу органического виноградарства, поскольку я агроном по образованию и понимаю, что для того, чтобы получилось хорошее вино, лоза должна быть идеально здоровой. Невмешательство звучит красиво, но на практике это означает, что вы подвергаете лозы риску. Но только эксперимент может подтвердить или опровергнуть эти опасения. Если результат окажется хорошим, будем переводить весь Монтиккио на органику.

Наследник «Джованни совсем не похож на деда. Молчаливый и очень упрямый, весь в отца. Маттео, мой муж, родом из Сиены, из контрады «Гуся». Главное, чему я учу сына, – это выбирать в жизни только то, что действительно нравится. Только так можно и обрести счастье, и сделать действительно что-то важное для людей.

Блиц

— Что вам нравится в людях?
— Преданность делу, семье, родной земле, трудолюбие и скромность.
— Что вас выводит из себя?
— Когда человек безответственно относится к своему делу или к своей личной жизни.
— Любимая книга?
— «В поисках утраченного времени» Пруста. Это лучшее, что я читала о человеческих взаимоотношениях, этих персонажей всё время встречаешь в своей жизни. Из 7 романов больше всего люблю «По направлению к Свану» и «У Германтов».
— Первая книга, которую вы дадите читать сыну?
— Сказки Итало Кальвино. В них есть и традиционные ценности итальянской культуры, узнаваемые характеры и ситуации, и в то же время – изобретательность и нестандартность мышления.
— Любимые фильмы?
— Мне нравятся литературные постановки. Один из любимых режиссёров – Висконти.
— Есть ли место на Земле, которое вы любите так же, как Умбрию?
— Так же как Умбрию – нет. Но на втором месте – Доломитовые Альпы. Это один из тех пейзажей, среди которых прошло моё детство. На третьем месте – море со скалистыми берегами – от побережья Тосканы до островов Греции.
— Какие уголки мира вы хотели бы открыть для себя?
— Чили, Аргентину, Австралию, а первым делом – Новую Зеландию, поскольку она ближе всего к нам по климату.
— Есть ли мафия в мире вина?
— Как и в каждом мире – да. Но я воспринимаю её не как обособленную силу, а как допотопную ментальность, которая постепенно уходит в прошлое.
— Кто такой Роберт Паркер?
— Американский адвокат с хорошо развитым вкусом. Он познакомил мир с большим количеством великих вин.
— Кто вам ближе: Кавур или Гаррибальди?
— Кавур. Потому что страсть не всегда помогает добиться желаемого. Настоящие завоевания делаются каждодневным упорным трудом, а не разовыми марш-бросками.
— Мировая проблема, которая вас больше всего беспокоит?
— Войны. То, что каждый день льётся кровь – это позор нашей цивилизации. И когда кто-то жалуется мне на свои проблемы, я всегда призываю быть благодарными, что мы живём на мирной земле, да ещё и такой прекрасной, как Италия.
— Любимый герой детства?
— Супермен. Мне нравилось, что он в считанные секунды появляется в очень отдалённых друг от друга местах. И всегда успевает предотвратить зло.
— Если бы вы писали книгу, какое у неё было бы название?
— «Моя Умбрия».

©2009-2015 WineCask.ru профильный портал о вине и алкогольной промышленности.

Введите данные:

Forgot your details?